Понимание того, как именно мозг усваивает два языка.

Hablan dos idiomas ? (Можете говорить на двух языках ?) Вы должны, если знаете что хорошо для вас.

  • Share
  • Read Later
Getty Images

Научиться говорить было самой замечательной вещью для вас.  Это не означало выучить 50,000 слов или в течении первых шести лет жизни прибавлять по три слова в день. Это были грамматические времена и синтаксис, и целые строительные леса грамматики , это не считая метафор и аллюзий, и почти но как бы не синонимов.

Но вы справились с этим, вот и хорошо. Теперь представьте как делаете это дважды или трижды — становясь двух-, трёхъязычным или больше. Ум полиглота – это особенная вещь, и учёные только начинают присматриваться к тому, как овладение вторым языком влияет на обучение, поведение и саму структуру мозга. В прошедшую на прошлой неделе конференцию, проведённую Французским Лицеем Нью-Йорка, на которой собрались студенты изучающие сразу английский и французский, а так же культурные службы посольства Франции, языковые эксперты собрались чтобы узнать насколько далеко продвинулась наука и куда движется дальше. (пояснение: мои дети тоже студенты Ф.Л.Н.Й.).

Люди являются несозревшими лингвистами с момента рождения — и даже в утробе — мы по крайней мере можем слышать звуки и различать комбинации звучащего языка. Сперва, нас не особо заботит, какие фонемы из какого языка мы получаем, что имеет смысл с момента когда мозгу нужно подготовиться к усвоению любого из тысяч языков мира, в зависимости от нашего места рождения.

“До достижения 9 месяцев, ребёнок производит лепет состоящий из фонем сотен языков,” сказала логопед Элизабет Крос, вместе с the Ecole Internationale de New York. “Родители будут реагировать на фонемы, узнаваемые ими из родных языков, что будет укреплять у малыша их использование снова.”

(MORE: How Terror Hijacks the Brain)

Удвоение ставки на пару языков вместо одного требует большей работы, но дети даже не замечают когда её проделывают. Билингвисты всех возрастов продолжают показывать то, что психолог Йоркского университета Торонто Эллен Бьялисток называет дилеммой слова собака по французски и английски , сталкиваясь с действием или концептом и немедленно переключаясь между двумя разными словами чтобы его описать. Такое гибкое принятие решения должно улучшить решение проблем ‘’на лету’’, и изучения это доказывают.

Языковеды часто указывают на известный тест Струпа, когда субъекта просят посмотреть, например, на слово красный, нарисованное чернилами другого цвета, скажем голубого. Затем он должен идентифицировать цвет чернил. Это требует лишней доли секунды чем если бы чернила были красного цвета. Все испытывают эту задержку, но для билингвистов она значительно короче. “Монолингвистам всегда требуется больше времени,” Говорит Бьялисток. “Для билингвистов это пожизненное превосходство.”

Преуспевание по тесту Струпа вряд ли можно назвать ходовым навыком, но то предположение о мозге, которое можно сделать – совсем другое. Шон Линч, глава ФЛНЙ, прежде работавший в мультиязыковой школе во Франции, в которой все студенты знали французский и один из 12 других языков, включая японский, русский, итальянский и испанский. И очень частый случай когда хорошо развиты школы, студенты, в среднем, превосходили своих сверстников по успеваемости, и невозможно определить насколько приходится ли это больше на собственный навык или на факт того, что им доступны лучшие учителя, книги и другие ресурсы. В точности, Линч отметил что студенты показывали большую лёгкость в навыках, требующих интерпретации символов, как математика и музыка.

(MORE: Why Your Brain Craves Music)

Линч также уверен — хотя и на основе только своих наблюдений — что дети с несколькими языками могут проявить социальную эмпатию раньше чем дети выросшие с одним языком, что имеет смысл для развития. Теория разума — понимать что в твоей голове не то же самое что в головах других — дети сталкиваются с этим не раньше трёхлетнего возраста. Перед этим, они уверяются, скажем, в том что знают тот же секрет что и вы. В этом есть первобытный нарциссизм — вера в то, что их виденье мира универсально. Когда они узнают что это не так, эгоцентризм отпадает — хоть немного — и начинается долгий процесс настоящей социализации. Ничто так не ускоряет внимание других к себе, как осознание того что каждое слово которое ты используешь для именования — собака, дерево, банан— отличаются от тех что используют остальные.

(MORE: How Exercise Can Moderate Brain Damage Caused By Drinking)

Предварительные работы по изображению предполагают, что такое поведение может быть заметно уже в самом мозгу. Некоторые труды, к примеру, показали утончение коры в двух регионах мозга — важнее всего левая внутренняя париетальная, которая помогает кодировать язык и жесты. Бьялисток не верит этим работам полностью, так как ожидала огромных различий в лобной доле, где имеют место такие высшие функции как планирование, принятие решений и другие аспекты так называемого исполнительного контроля. Часть её работы установила что белая жидкость — обволакивающая жировая ткань которая защищает нервы и улучшает их сообщённость — во фронтальных регионах у билингвистов, предположительно полнее сигнализирует о сложности функций в этих зонах. “Там где структурные различия, можно развернуть новую науку,” утверждает она. “Эта работа многое откроет.”

Но не каждое исследование находит выгоду от билингвизма. Чуть раньше в этом году, психологи университета Конкордиа в Монреале изучили 168 детей от 1 до 2 лет, воспитанных двуязычными родителями. В целом, они установили что у младшей части этой группы было меньше осмысленного лексикона — количества слов которое они понимали — чем у детей монолингвистов. У старшей половины группы было меньше производного вокабуляра — то есть слов которые они могли произнести. Это результат того, уверены учёные, что родители смешивают свои языки когда говорят с детьми, выбирая по их мнению наиболее простые к пониманию или воспроизведению слова. Это приводит к тому что лингвисты называют переключением кода — смешивание языков, которое производит так называемые американцами испано-английский или французско-английский, когда испанский или французский сливается с английским (это отдельное изучение произвело более сложные смешения, после включения детей говорящих на немецком, японском и фарси). Однако, Бьялисток согласна что это лишь небольшие минусы билингвизма, и в большинстве случаев дети навёрстывают.

И когда им удаётся, ранее полученные языковые навыки позже сполна окупаются. In one study, bilinguals experienced the onset of age-related dementia 4.1 years later than monolinguals, and full-blown Alzheimer’s 5.1 years later. “Одна школа мысли утверждает, что любой когнитивный резерв — образование, мультилингвизм, даже игра в Судоку — делает мозг сильнее и помогает сопротивляться болезни,” говорит Бьялисток. “Другая утверждает что мозги мультилингвистов испытывают болезнь на том же уровне что и монолингвисты, но лучше справляются с этим. Они функционируют на более высоком уровне чем могли бы.”

В другом изучении 2013 года, в университете Кентукки, двуязычные и одноязычные люди в возрастной группе от 60 до 68 лет подвергались сканированию мозга выполняя когнитивные задачи, требовавшие переключаться туда-сюда между несколькими различными идеями. Обе группы аккуратно выполняли задачу, но билингвисты были быстрее и метаболически экономнее в выполнении когнитивного задания, задействуя меньшую энергию фронтальной коры чем монолингвисты.

(MORE: Brain Exercises Better Than Drugs at Preventing Cognitive Decline)

Сам факт того что разгадывание паззлов или получение хорошего образования улучшает работу мозга, доказывает что мультилингвизм, это не единственный способ сохранения когнитивного здоровья в период старческого слабоумия. И множество монолигвистов идеально преуспевают в раннем получении эмпатии и социальных навыков. По-прежнему, в мире приблизительно 6,500 разговорных языков. Должна быть причина для сохранения нашего мозга нагруженным и изучения более чем одного.